Михаил Антонович Жебрак-Русанович: забытый белорусский и русский герой

Армия, В стране, История, Общество, Рига / 25 апреля 2015 г.
Zhebrak

Михаил Антонович Жебрак-Рустанович родился 29 сентября 1875 года в Гродненской губернии в семье простого белорусского крестьянина, в роду которого никогда не было военных, и посему «меч войны» не висел над его яслями. Никто не мог и предположить, что ему будет суждено стать одним из первых русских добровольцев, вставших на защиту многострадальной России и поруганной веры Христовой, «не щадя живота своего» сражавшихся с большевистскою поганью.

С самого раннего детства отличаясь усердием и трудолюбием, этот талантливый человек оказался не «забитым великорусской тиранией» холопом, но талантливым патриотом своей родины и Царя, которому он желал служить всем сердцем. Для чего 9  сентября 1894 года он подал прошение вступить на военную службу и был принят на правах вольноопределяющегося 2-го разряда в Петрозаводский 103-й пехотный полк.  И вскоре, 11  августа 1895 года получил чин младшего унтер-офицера и через 20 дней был зачислен в младший класс Виленского пехотного юнкерского училища, которое блестяще окончил в 1898 году по 1-му разряду и был произведён в подпоручики с выпуском в Венденский 178-й пехотный полк.

Всю свою жизнь Михаил Антонович стремился к продолжению своего военного образования. 20 сентября  1902 года он был командирован в Военно-топографический отдел Генерального штаба Русской императорской армии, а позже прикомандирован к Военно-топографическому училищу в Санкт-Петербурге для изучения там черчения и военно-топографической съемки. 15  апреля 1903 года произведён в поручики. Он хотел поступить в Академию Генерального Штаба — высшее военно-образовательное учреждение Российской Империи. Для этого он сдал в апреле-мае 1903 года в Первом кадетском корпусе экзамен за полный курс корпуса. 12 мая 1904 года он был командирован в штаб Виленского военного округа для сдачи предварительного экзамена «на предмет поступления в Николаевскую академию Генерального Штаба». Но его планам помешала сбыться начавшаяся Русско-японская война.

За отличия в сражениях Русско-японской войны, в которых он проявил себя заботливым и бесстрашным офицером, он был награжден орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и орденом Святого Гергия 4-й степени. В одном из сражений (при деревне Чжантан) был тяжело ранен в ногу разрывом снаряда, из-за чего был эвакуирован сперва в тыловой армейский госпиталь, а затем на территорию России на длительное излечение. После этого ранения он остался на всю жизнь хромым, что станет его «визитной карточкой».

Великую войну сын белорусского крестьянина, русский офицер, встретил в составе Военно-морского судебного ведомства в качестве штатного кандидата на военно-морские судебные должности при Кронштадтском военно-морском суде. До 1916-го года он усердно «бомбардировал» начальство прошениями о переводе в действующую армию, пока не был направлен командиром 2-го морского полка отдельной морской бригады, в задачи которой входила охрана подступов к Морской крепости Императора Петра Великого в Ревеле. В октябре 1916 года бригада была переброшена на Румынский фронт и развёрнута в Отдельную Балтийскую морскую дивизию. Этот перевод стал судьбоносным.

Геройски сражаясь на фронте, Михаил Антонович встретил бунт 1917-го года с отвращением и презрением. Верный слуга Царю и Богу, он не мог поверить, что произошла страшная измена, однако фронта он не покинул, желая защитить Россию от внешнего врага. После большевистского переворота и окончания «керенщины» в чине полковника, Жебрак покидает прифронтовой Измаил и отправляется через Санкт-Петербург домой, в Белорусский край. Впоследствии, об этой поездке по «революционной» России, друг полковника С.Н. Колдобский напишет: «Из вынесенных от своей поездки впечатлений Михаил Антонович верил только в одно: «большевизму не бывать, а будет только одна Единая Великая Неделимая Россия».

На родине, в белорусском крае уже во всю шло «самостийное» строительство. Местное «белорусское» правительство, клеймя Россию и русский народ, сделало предложение выходцу из белорусского крестьянства стать военным министром… и получило жесткий отказ. Михаил Антонович лучше других знал и понимал, что Царская Россия никогда не угнетала его малую родину, а защищала и развивала её. С тяжелым сердцем он принимает решение вернуться в Измаил.

Там он приступил к формированию добровольческого отряда силой всего в 130 штыков для совместного похода на Дон с силами полковника Дроздовского. 24 февраля Сводный Морской Добровольческий полк выступил на соединение с дроздовским отрядом. Перед началом похода Жебрак прочитал сочинённое им стихотворение «В борьбе за Родину», призванное поднять боевой дух добровольцев, где были и такие куплеты:

И восстановим нашу Русь Святую,
Любимой Родины отважные бойцы.
О помоги, Господь, возобновить родную
И с братьев снять терновые венцы… 

Дай воскресить горячею любовью
Великую Отчизну, Русскую Землю,
За это мы готовы, истекая кровью,
Все блага позабыть и жизнь отдать свою.

Вместе со своим отрядом  Жебрак-Русанович принес знамя 1-го Морского полка Балтийской дивизии — Андреевский флаг, которое затем стало полковым знаменем офицерского стрелкового полка дроздовских частей. Михаил Антонович поначалу настаивал на том, что бы его отряд был полностью независимой частью и Дроздовскому пришлось довольно долго его уговаривать не дробить силы. Однако в первых же сражениях оба офицера забыли о былых разногласиях и Михаил Антонович стал вскоре  одним из самых близких сподвижников полковника Дроздовского. 21 апреля 1918 года, после боя за Ростов-на-Дону, Михаил Антонович сменил отрешённого от должности генерала Семёнова на посту командира офицерского стрелкового полка. Во главе своего полка вошёл в занятый при участии отряда полковника Дроздовского Новочеркасск, где оставался до соединения с Добровольческой армией в станице Мечётинской 27 мая 1918 года.

Антон Васильевич Туркул, автор знаменитой книги  »Дроздовцы в огне», писал о Михаиле Антоновиче:

кавычки3Седой Жебрак, командир Второго офицерского стрелкового полка, был, кажется, самым пожилым среди нас. Он вызывал к себе общее уважение. В офицерской роте было до двадцати георгиевских кавалеров, все перераненные, закаленные в огне большой войны; рядовыми у нас были и бывшие командиры батальонов, но Жебрак ввел для всех железную дисциплину юнкерского училища или учебной команды. В этом он был непреклонен. Он издавал нас заново. Он заставлял переучивать уставы, мы должны были снова узнать их до самых тонкостей… Пуговица ли, шаг, винтовка — полковник Жебрак видел всё. И он умел себя так поставить, что даже старшие офицеры не решались спрашивать у него разрешения закурить. Все воинское он доводил до великолепного совершенства. Это была действительно школа.

Величайший сын своей отчизны встретил по-настоящему мученическую смерть.  В ночь на 23 июня  1918 года Михаил Антонович, как и всегда, лично возглавил атаку двух батальонов на станцию Белая Глина, где были сосредоточены большие силы Красной армии. Во время этой атаки он вместе со своим штабом натолкнулся на пулемётную батарею красных, от огня которой погибли и были ранены многие добровольцы, включая его. Этот знаменитый бой нашел отражение и в красной литературе. Так, Алексей Толстой в романе-эпопее «Хождение по мукам» описал бой под Белой Глиной: 

кавычки3Начало наступления белых было неудачно. Полковник Жебрак, ведший дроздовцев, напоролся в темноте на хутор на передовые цепи; встреченный в упор огнем, кинулся в атаку и упал замертво. Дроздовцы отхлынули и залегли. Но уже к девяти часам утра с юга в Белую Глину ворвались Кутепов с корниловцами, конный полк дроздовцев и броневик. Со стороны захваченной станции подходил Боровский. Начался уличный бой. Красные почувствовали, что окружены, и заметались.

Михаил Антонович был тяжело ранен, после чего он, без сознания, был взят в плен большевиками, которые пытали его на костре, предварительно сильно обезобразив. Та же страшная участь постигла и остальных раненых добровольцев. Ген. Туркул вспоминал:

кавычки3Командира едва можно было признать. Его лицо, почерневшее, в запекшейся крови, было размозжено прикладом. Он лежал голый. Грудь и ноги были обуглены. Наш командир был, очевидно, тяжело ранен в атаке. Красные захватили его ещё живым, били прикладами, пытали, жгли на огне. Его запытали. Его сожгли живым.

Полковник Михаил Антонович Жебрак-Русанович был похоронен в братской могиле в Белой Глине после её занятия бригадой Генерального штаба полковника Дроздовского 24 июня 1918 года. Возможно, останки этого славного героя покоятся там до сих пор, забытые неблагодарными потомками. Печально и то, что славный герой, честный человек, русский и белорусский патриот, всё еще не нашел признания в Белоруссии, которая изнывает под властью «тепличного социализма».

- Артур Рижский.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>