Что представляет собою Русская Зарубежная Церковь? Доклад Архимандрита Константина (Зайцева), 1959 год

В мире, В стране, Проповеди, Религия / 23 августа 2014 г.
Архимандрит Константин

Все домостроительство Божие в немощи человеческой совершается. Крошечна Палестина, крошечен — обособившийся в ней народец. А это — центр мироздания, ключ истории вселенной. Да и вся Земля наша — не песчинка ли в громаде всё шире раскрываю­щейся в своей безбрежности вселенной? Вот гигантская оправа христианского сознания своей немощи, рождающей духовную мощь. Напротив — сознание своей силы обезсиливает наш дух. И толь­ко падения, попускаемые нам Богом, способны обновить дыхание Духа.

Эти мысли помогут нам понять — что представляет собою За­рубежная Церковь в составе современного мира?

Но сначала посмотрим — чем она представляется в его глазах? Дотлевающим угольком костра, уже засыпанного Историей? На карте церковного мира ее и не найдешь. На столбцах мировой прессы о ней и не прочтешь. Доживает она свой век, укладывая свое угасающее бытие в рамки дозволенного. В плане будущего нас нет.

Будущее стремится захватить «ЭКУМЕНИЗМ», превращая рассыпанную храмину протестантизма во вселенскую организацию, готовящую­ся обнять все мировое христианство.

Будущее старается строить ЛАТИНСТВО, ныне в образе Вселенского Собора раскрывшее свои объятия для всего христианства.

Торжествующе входит в мир, в качестве ведущей силы, МОСКОВСКАЯ ПАТРИАРХИЯ, облекающая красный Кремль в ризы Третьего Рима и ставящая своей задачей «христианскую» вселенскость свободного мира сочетать и свести во едино с «вселенскостью» коммунистической Москвы.

А рядом зачинается внецерковная «вселенскость», организуя во едино гражданские власти мира…

Где — мы? перед лицом этой ныне творимой новейшей Истории?

Нас нет.

Посмотрим теперь на все это очами Духа. «Нас нет», — что это значит? Кого — «нас» – нет?

Нет исторической РОССИИ. Была она непобедимо сильна, пока жила сознанием своей человеческой немощи, Христовой силой. Когда же она окрылилась горделивым сознанием СВОЕЙ мощи, тогда оставил ее Господь. И вот нет её.

Что это значит? Это значит, что кончилась История, ведомая Промыслом Божиим, — на том ее благодатном периоде, когда связан Сатана силою Удерживающего. Это значит, что началась попускаемая Богом БЕЗБЛАГОДАТНАЯ САМООРГАНИЗАЦИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, овладеваемого освободившимся Сатаной и направляемого им навстречу грядущему Антихристу.

Да, России нет. То, что от нее осталось в пределах нашего отечества, безгласно изнемогает в тисках богоборческой власти.

Только злая воля мировой общественности ставит знак равенства между нечестивым СССР и Богоспасаемой Россией. От России исто­рической осталась одна лишь Церковь, загнанная ныне в подполье, которая успела, однако, наложить печать анафемы на Советскую власть. И неотменим этот Божий приговор, изреченный Патриархом Тихоном и подтвержденный Всероссийским Московским Собором.

Успел тот Собор сделать и другое. Понимая, что для соборной церковной жизни нет места под большевиками, он установил особый порядок патриаршей преемственности — по списку лиц, последовательно замещающих один другого при утрате возможности осуществления патриаршей власти одним вступающим в заместительство его другим. Так управлялась Церковь после кончины Патриарха Тихона. Митрополит Сергий воспользовался своим положением очередного заместителя, чтобы предать церковь в руки Советской власти и потребовать от всего епископата и от клира подчинения ей. Так возникла угодная власти «Советская Церковь», которую возглавил митрополит Сергий, ставший Патриархом. Но картина «церковного собора», на котором произошло «избрание» Патриарха в присутствии агента Советской власти, была вынесена большевиками за железный занавес. Благодаря этому весь свободный мир своими глазами мог увидеть всю обстановку «избрания» и судить о его «законности».

Но где же оказалась истинная Церковь, не пошедшая по пути митрополита Сергия? Кроме катакомбной церкви, внутри России пре­бывающей, особым предписанием Патриарха Тихона была вызвана к жизни и организована в условиях свободного мира Русская Заграничная Церковь. Надо ли говорить о том, сколь значительной стала миссия свободной Заграничной Церкви после страшного пре­вращения Московской Патриархии в покорную служанку Советской власти. Здесь наша Церковь «блюдет место» «Русской Поместной Цер­кви», являясь законной преемницей Матери-»Тихоновской» Церкви, осе­ненной сиянием русского новомученичества. Она «блюдет место» и России, являя собою то единственное, что осталось преемственно связанным с Исторической Россией.

Великим соблазном не только перед внешним миром, но и перед русским сознанием стоит нечестивый СССР, лукаво облекающийся в великодержавную мощь удушаемой им России и рядящийся в светлые ризы Православия, услужливо простираемые над ним Московским Патриархом. Усугубляется этот соблазн еще и атмосферой Отступления, в которой ныне живет свободный мир.

900 лет тому назад вошло в мир Отступление латинской схизмой. В своем дальнейшем развитии оно принимало формы все большей отчужденности от истинного христианства, доходя и до открытой враждебности ему. Теперь оно дошло до воинствующего безбожия и богоборчества, воцарившегося в Москве.

Сейчас Отступление входит в новую фазу. Исторический католицизм и исторический протестантизм сохранили в себе кое что от истинного христианства. Ныне не о нем думают вожди католи­цизма и протестантизма, а о сближении со своими собратьями по Отступлению, расширяя его состав за счет тех, кои с истинным христианством уже порвали всякую связь или вступили с ним в открытую борьбу. В этом сложном множестве, стремящемся к организационному единству, нашло себе место и «Православие», являясь в двух формах: и в виде нашего зарубежного «модернизма», ду­ховно родственного обновленчеству и живоцерковничеству, и в виде Советской Церкви, склонной иногда рядиться в самую строгую форму церковного консерватизма. Так зреет объединение всех составных частей Отступления, лицом обращенное к грядущему Антихристу, не в отдаленной перспективе рисующемуся, а уже готовому явить себя совершенно конкретно.

Вот перед чем стоит наша Русская Зарубежная Церковь, в своей немощи человеческой и в своей во Христе силой.

Одиноки ли мы? Не дерзнем утверждать это. Не могут не быть «верные» везде в христианстве. Имеются протестанты, которые открыто обличают экуменизм, как торжество Апостасии. Несомненно, находятся и католики, которые живут исконным латинским благочестием и только в силу дисциплины своей в молчании претерпевают пагубную политику Ватикана. Могут быть носители истинного служения Христу и в недрах официальной Московской Церкви, горячими слезами покаяния омывающие свое пребывание в ней, — все это тайны, ведомые одному Богу.

Мы должны отметить и то, как тянутся в инстинкте духовного самосохранения и католики, и протестанты к Православию, тянутся к нему все о спасении помышляющие и видящие утрату возможности спасения в привычном окружении. А как должна быть сильна тяга к истинной Церкви в широких массах подъяремной России.

Творится потаенно подлинная История, независимо от того, как зримо и торжествующе-демонстративно стараются разрушать ее мобилизующиеся силы Отступления. И только в этом «незримом» можно обрести основание для надежды на некоторую отсрочку Страшного Суда Христова. Эту возможность мы не только должны учитывать, но мы и обязаны на нее работать, видя в этой работе свое ответ­ственное назначенье, во имя которого и вывел нас Господь из советского рабства.

Окружающий нас мир свободно уходит от Христа, увлекая и нас к совместности в этом Отступлении. Но формальная свобода еще живет вокруг нас, открывая нам возможность идейной борь­бы со злом, открытого исповедания своей истинной Веры, самоутверждения в нашей неповрежденной церковности, явления своего лица в жизни общественной, а тем более — в жизни частной, семейной. Один Господь знает — как далеко простирается резонанс нашего открытого церковного бытия, когда культурная и политическая жизнь свободного мира все теснее переплетается с Советчиной.

Будем же бояться, как огня, всякого духовного сближения на­шего с окружающими нас течениями. Единственный способ не под­даваться окружающим соблазнам заключается в укреплении в своей церковности.

Мы верны своей Церкви, сохранившей во всей чистоте и неповрежденности святую преемственность от Христа и апостолов. Этим все сказано и этим все дано. Спокойно-радостно мы можем пребывать в своем церковном делании. В наш растленный век соблюдены мы в духовном целомудрии — в этом высшем благе, какое толь­ко может быть мыслимо на земле. Вот отчего и оказываемся мы в иных плоскостях с окружающим нас миром. Не мы от него уходим, а он уходит от Христа, Которому мы тщимся быть верными. Однако, в своем обособлении от него (мира) мы не проявляем то­ропливости: не порываем связи с близкими нам церковными еди­ницами, если остается хотя бы малейшая возможность взирать на них как на находящихся еще как бы на весу и не сказавших еще своего последнего слова. Но и не боимся мы нашей обособленности. В сгущающихся потемках всеобщего Отступления противопоставляем мы ему БЕЗУМИЕ КРЕСТА, осуществляемое нами в нашей верности Рус­ской Зарубежной Церкви. Его мы противопоставляем всякому соглашательству с Москвой, всякой солидаризации с церковными силами свободного мира, на путь Отступления ставшими.

Да не ослабеем мы в бдительности. Нечто предельно страшное происходит и с нами и вокруг нас, мы разумеем не земные угрозы и страхования, в наше время безмерно растущие. Но имеем в виду мы и другое. Во всех бедах и скорбях, во всех соблазнах и искушениях, ныне Господом попускаемых, некий опрос и отбор совершается. К каждому из нас так или иначе подходит Господь и вопрошает: с к е м ты — с НИМ или со МНОЮ?

«С НИМ» — ответила Московская Патриархия. И мы бежим от нее, зная, что все от нее исходящее есть лукавая и губительная ЛОЖЬ.

Такой же ответ — «с НИМ» раздается и в свободном мире, со всех сторон и в самых разных формах. Поэтому мы и бежим, укрываясь в святое убежище нашей Зарубежной Церкви.

Но не в праве мы наглухо укрываться от мира в этом убежи­ще. Из глубины своей немощи, но в сознании своего долга, лежащего на нас, как на наследниках и преемниках «Тихоновскаго» подвига, обращаем мы на все четыре стороны свободного христианского мира свой призывной вопль:

«Где вы, Христолюбцы, готовые на вопрос «с КЕМ вы»?- ответить ясно и твердо «с ТОБОЮ, Господи». Где те, которые готовы са­мому близкому и родному существу на все его рассудительные дово­ды в пользу ШИРОКОГО ПУТИ ответить словами Христа: «Отойди от меня, Сатана, ты Мне соблазн».

Пусть немногие услышат этот вопль. Он будет всё же свидетельствовать самой этой перекличкой об общности всех нас, старающихся во своей человеческой немощи НЕ ПОСРАМИТЬ своего высокого звания «ПОСЛЕДНИХ ХРИСТИАН». Наше стояние в истине является не только спасением наших душ в соблюдении верности нашей Церкви, но и нашим служением Родине.

Россия должна сказать свое последнее слово. И в этом ожидании Грядущего мы должны проявить воинскую выдержку. Представим себе осажденную крепость. Плотным кольцом окружена она вражескими силами. Спасения ждать неоткуда. Силы осажденных изнемогают. Каким соблазном в этот момент являются предложения сдачи — самой выгодной и по­четной, а в противном случае — страшные угрозы. Трезвый расчет будет оправдывать сдачу. А воинский долг Христолюбивого воинства отвергнет всякие расчеты и предпочтет смерть на своем посту, готовясь молитвой, постом и покаянием к сретенью вожделенного Христа.

Так призваны воинствовать и мы в составе Церкви, которая ни­когда еще в такой мере не оправдывала своего наименования «воинствующей», как в наше время. Но как легко в атмосфере затягивающего земного благополучия стать дезертирами или хотя бы пора­женцами глубокого тыла, думающими о «фронте», как о чем-то далеком, чужом и отталкивающем.

Да не постигнет нас эта постыд­ная судьба. В страхе перед ней взываем мы к Вам — чадам Зарубежной Церкви: «несите подвиг ваш служения Церкви, не давай­те ослабевать вашим духовным мускулам. Будьте активными участниками приходской жизни — не в смысле демократического соревнования в управлении ею, а в смысле служения храму Божию и его нуждам, а равно и нуждам общехристианским, через приход удовлетворяемым. Будьте хранителями нашего святого быта, утверждая его со всею решительностью в своей домашней жизни и ревниво ограждая свою «домашнюю церковь» от затопления ее чуждыми стихиями окружающего нас мира. Нарочито заботьтесь о домашнем ую­те — в его святой отчужденности от улицы, от всех вредных влияний и впечатлений. Приучайте и себя, и детей своих, а также и друзей своих — видеть в доме вашем убежище от суеты и приобщение к живому прошлому, которое должно храниться в сердцах наших. Воинствуйте в защите детей ваших, делайте их соратниками в борьбе со злом, приучайте их к самозащите духовной — сознательной и осмысленной.

Участвуйте активно в зарубежной общественной жизни, не ища в ней шума и тщеславного соперничества, делом оправдывая наше наименование «Зарубежной Руси». Но не уклоняйтесь от посильного и рассудительного участия в жизни страны, вас приютившей. Успе­вайте на избранных вами поприщах, лояльно несите выпавшие на вас гражданские обязанности. Благодарностью и любовью, преданно­стью и всемерным сочувствием ко всему доброму платите за благо жизни и свободы, вами обретенные на новой почве.

Все может измениться в любой момент. Везде почва горит под ногами. Где раньше, а где позже вырвется огонь, Господь Один знает. В любой момент наша верность Зарубежной Церкви может потребовать жертвенности, исповедничества, а в конечном итоге и мученичества… Будем готовы ко всему.

Сейчас же Господь зовет нас к жизни и деятельности на тех стогнах свободного мира, на которые Он вывел нас.

Если оживет Свет Христов в душе нашего народа, то возсияет этот Свет и для всего мира. Только бы не угас он в сердцах наших.

«Будь верен Мне до смерти, и дам тебе венец жизни». Пусть окрылит нас этот святой завет и в моменты безпечности, и в моменты уныния.

Преисполнимся воинской выдержкой в несении своего подвига служения Церкви. И среди человечества, свободно уходящего от Хри­ста, будем блюсти наш идеал Святой Руси. Пусть слепые не увидят этот маяк, нами в свободном мире воздвигаемый. Но он будет обозначать путь ко спасению.

С нами все святые, в земле Русской просиявшие. С нами два великих светоча и предстателя перед Престолом Божиим: Отец Иоанн Кронштадтский и Царь Николай ІІ — Мученик со всей Цар­ственной Семьей Своей. С нами все безчисленные Новомученики. Воистину с нами Бог.

- Архимандрит Константин, доклад на Архиерейском Соборе в Нью-Йорке, 30 октября/12 ноября 1959 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>